Текущее время: 16 ноя 2018, 19:01





Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Встреча с Богом. Поиск Истины. Смысл Жизни
СообщениеДобавлено: 03 июн 2009, 15:22 
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11 сен 2008, 04:16
Сообщений: 618
Человек ищет истину. Можно сказать, что, несомненно, все ищут истину, но по-разному. Что же такое истина, где она, как найти ее? Очень немногие это знают. Мы, христиане, знаем, что сказал Христос: «Я есмь истина» (Ин. 14, 6). Однако очень часто мы не понимаем всех вытекающих из этого утверждения последствий для нашей жизни во всех ее проявлениях. Среди тех, кто подчеркивал огромное значение этого утверждения-откровения Христа, приведем выдающегося сербского богослова отца Иустина Поповича, который пишет: «Истина в христианстве – это не философская идея, не теория, не учение, но живая Личность Богочеловека, историческая личность Иисуса Христа. Со Христом, как Богом-Словом, ставшим плотью, вечная Божественная Истина во всей полноте вошла в этот мир».

Если истина – Личность, то в поисках ее мы будем стремиться к встрече, к бытийному общению с этой Личностью, а никак не к интеллектуальным типа философских, ни даже к метафизическим исследованиям. Истину не обрести и путем исследования Писания (см. Ин. 5,39) посредством арсенала экзегетики, который предоставляет нам богословская наука. Начиная со средних веков христианские Восток и Запад шли разными путями в решении этого вопроса, особенно в области школьного богословия. Так, схоластическая позиция обычно выражалась формулой Credo ut intelligam «Верую, чтобы понимать», Ансельма Кентерберийского (1033-1109). Это попытка, исходя из веры, постигнуть с помощью разума, понять истину, непременно абстрактную, следовательно, безличную, когда она мыслится рационально. Истина в таком случае сводится к формуле, и сознание должно индивидуально понять ее. Логика возводится в ранг высшего критерия. Напротив, «когда Церковь призывает нас принять истину, она призывает нас к личным отношениям с Богом, к образу жизни, который приводит к единению с Ним». В этом свете легче понять Достоевского, когда он говорит, что если бы ему пришлось выбирать между Христом и истиной, он выбрал бы Христа.

Архимандрит Симеон (Брюшвайлер) «Духовность и красота», «Альфа и Омега», № 38

Обыкновенно в душе верующего человека ре­лигиозная потребность проявляется как стрем­ление к личному, Живому Богу, воплощающему в Себе все высшие идеалы человека, – истину, добро и красоту. В Лице Божием все это слива­ется в дивную, неизъяснимую, цельную гармо­нию, и, служа Богу и объединяясь с Ним, чело­век весь проникается этими идеалами. Вся его жизнь, деятельность и само существо пронизы­ваются их светозарными лучами. Уже в одном этом человек находит великое счастье, не говоря о величайшем счастье личного единения с жи­вым Богом.

Святитель Василий, еп. Кинешемский «Беседы на Евангелие от Марка», Изд-во «Отчий дом», М. 2005седы на Евангелие от Марка""

Что касается Церкви, то я был очень антицерковно настроен… Бога для меня не существовало, а Церковь была чисто отрицательным явлением…

Так что, видите, фон для религиозности у меня был весь­ма сомнительный. Кроме того, были сделаны некото­рые попытки моего развития в этом смысле: меня раз в год, в Великую пятницу, водили в церковь, и я сделал с первого раза замечательное открытие, которое мне при­годилось навсегда (то есть на тот период): я обнаружил, что если войду в церковь шага на три, глубоко потяну носом и вдохну ладана, я мгновенно падаю в обморок. И поэтому дальше третьего шага я никогда в церковь не заходил. Падал в обморок – и меня уводили домой, и на этом кончалась моя ежегодная религиозная пытка.

Митрополит Антоний Сурожский «О встрече», Фонд «Христианская жизнь», Клин, 2002 г.

…Когда я решил кончать самоубийством, за мной было: эти какие-нибудь две фразы моего отца, что-то, что я улавливал в нем, странное переживание этого священника (непонятную по своему качеству и типу любовь) – и все, и ничего другого. И случилось так, что Великим постом какого-то года, кажется, тридцатого, нас, мальчиков, стали водить наши руководители на волейбольное поле. Раз мы собрались, и оказалось, что пригласили священника провести духовную беседу с нами, дикарями. Ну, конечно, все от этого отлынивали, как могли, кто хотел сбежать, сбежал, у кого хватило мужества воспротивиться вконец, воспротивился, но меня руководитель уломал. Он меня не уговаривал, что надо пойти, потому что, сошлись он на душу или на Бога, я не поверил бы ему. Но он сказал: «Послушай, мы пригласили отца Сергия Булгакова, ты можешь себе представить, что он разнесет по городу о нас, если никто не придет не беседу?» Я подумал: да, лояльность к моей группе требует этого. А еще он прибавил замечательную фразу: «Я же тебя не прошу слушать! Ты сиди и думай свою думу, только будь там». Я подумал, что, пожалуй, и можно, и отправился. И все было действительно хорошо, только отец Сергий Булгаков говорил слишком громко и мешал мне думать свои думы, и я начал прислушиваться, и то, что он говорил, привело меня в такое состояние ярости, что я уже не мог оторваться от его слов. Помню, он говорил о Христе, о Евангелие, о христианстве. Он был замечательный богослов, и он был замечательный человек для взрослых, но у него не было никакого опыта с детьми, и он говорил, как говорят с маленькими зверятами, доведя до нашего сознание все сладкое, что можно найти в Евангелии, от чего как раз мы шарахнулись бы, и я шарахнулся: кротость, смирение, тихость – все «рабские» свойства, в которых нас упрекают начиная с Ницше и дальше. Он меня привел в такое состояние, что я решил больше не возвращаться на волейбольное поле, несмотря на то, что это была страсть моей жизни, а ехать домой, попробовать обнаружить, есть ли у нас дома где-нибудь Евангелие, проверить и покончить с этим; мне даже на ум не приходило, что я не покончу с этим, потому что было совершенно очевидно, что он знает свое дело, и, значит, это так.

Я у мамы попросил Евангелие, которое у нее оказалось, заперся в углу, посмотрел на книжку и обнаружил, что Евангелий четыре, а раз четыре, то одно из них, конечно, должно быть короче других. И так как я ничего хорошего не ожидал ни от одного из четырех, я решил прочесть самое короткое. И тут я попался, я много раз после этого обнаруживал, до чего Бог хитер бывает, когда он располагает Свои сети, чтобы поймать рыбу, потому что причти я другое Евангелие, у меня были бы трудности. За каждым Евангелием есть какая-то культурная база, Марк же писал для таких молодых дикарей, как я, – для римского молодняка. Этого я не знал – но Бог знал. И Марк знал, может быть, когда написал короче других.

Я сел читать, и тут вы, может быть, поверите мне на слово, потому что этого не докажешь, со мной случилось то, что бывает иногда на улице, знаете, когда идешь – и вдруг повернешься, потому что чувствуешь, что кто-то на тебя смотрит сзади. Я сидел, читал и между началом первой и началом третьей глав Евангелия от Марка, которое я читал медленно, потому что язык был непривычный, вдруг почувствовал, что по ту сторону стола, тут, стоит Христос. И это было настолько разительное чувство, что мне пришлось остановиться, перестать читать и посмотреть. Я долго смотрел, ничего не видел, не слышал, чувствами ничего не ощущал. Но даже когда я смотрел прямо на то место, где никого не было, у меня было то же самое яркое сознание, что тут стоит Христос, несомненно. Помню, что я тогда откинулся и подумал: если Христос живой и стоит тут – значит это воскресший Христос. Значит, я знаю достоверно и лично, в пределах моего личного, собственного опыта, что Христос воскрес и, значит, все, что о Нем говорят, – правда. Это того же рода логика, что у ранних христиан, которые обнаруживали Христа и приобретали веру не через рассказ о том, что было от начала, а через встречу с Христом живым, из чего следовало, что распятый Христос был тем, что говориться о Нем, и что весь предшествующий рассказ тоже имеет смысл.

Ну, дальше я читал, но это уже было нечто совсем другое. Первые мои открытия я сейчас очень ярко помню; я, вероятно, выразил бы это как-то иначе, когда был мальчиком лет пятнадцати, но первое было: если это правда, значит, все Евангелие – правда, значит, в жизни есть смысл, значит, можно жить ни для чего иного, как для того, чтобы поделиться с тем чудом, которое я обнаружил. Есть, наверное, тысячи людей, которые об этом не знают, и надо им скорее сказать. Второе: если это была правда, то все, что я думал о людях, была неправда; Бог сотворил всех, Он возлюбил всех до смерти включительно, и поэтому даже если они думают, что они мне враги, то я знаю, что они мне не враги. Помню, на следующее утро я вышел и шел как в преображенном мире, на всякого человека, который мне попадался, я смотрел и думал: тебя Бог создал по любви! Он тебя любит! Ты мне брат, ты мне сестра, ты меня можешь уничтожить, потому что ты этого не понимаешь, но я это знаю, и этого довольно. Это было первое, самое разительное открытие.

Дальше, когда я продолжал читать, меня поразило уважение и бережное отношение Бога к человеку; если люди иногда готовы друг друга затоптать в грязь, то Бог этого никогда не делает. В рассказе, например, о блудном сыне: блудный сын признает, что он согрешил перед небом, перед отцом, что он недостоин быть его сыном, он даже готов сказать: прими меня хоть наемником (Лк. 15,18-19). Но если вы заметили, в Евангелии отец не дает ему сказать этой последней фразы, он ему дает договорить до «я недостоин называться твоим сыном» и тут его перебивает, возвращая обратно в семью: принесите обувь, принесите кольцо, принесите одежду… Потому что недостойным сыном ты можешь быть, достойным слугой или рабом – никак, сыновство не снимается.

Митрополит Антоний Сурожский «Труды», изд. Практика, 2002 г.

…Действительно, сам по себе я – грешное, немощное и падшее существо: я несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг (Откр. 3, 17). Но это не вся правда. Это 10 % правды. Если мы остановимся только на этом (к чему нас приводит рассматриваемая точка зрения), это будет ложь, подмена, та самая неадекватность… Другая часть правды, 90 % её – что Бог не отринул меня, воплотился ради меня, взошёл на крест ради меня, пришёл и вселился в меня, и в Его Церкви я – Христов, он Господь и Бог мой, а я – Его: я причастник Его любви, милости, силы и правды. И это несравненно важнее моей греховности самой по себе…

Игумен Петр (Мещеринов) «Мучения любви…»

Тайна жизни христианской есть тайна живого общения Бога и человека, которое начинается на земле и продолжается в вечности…

Цель жизни – стяжание Духа Святого, стремление к тому, чтобы Им было проникнуто все человеческое существо. Если этого стремления нет, жизнь с христианской точки зрения бесцельна, бессмысленна, пуста. Это – жизнь без Бога, без души…

Духом Святым освящается вся жизнь истинного христианина. Весь процесс его спасения совершается при свете Богообщения, то скрытого, то явного. С малых ступеней оно ведет человека всё к большему и большему постижению божественной жизни и заканчивается совершенным Боговселением.

Архиеп. Гурий (Степанов) «Тайна христианской жизни», М., 2002 г.

Свобода привела меня ко Христу, и я не знаю других путей ко Христу, кроме свободы. Я не один в этом опыте. Те, которые ушли от христианского авторитета, могут вернуться лишь к христианству свободы. Это есть опытная, динамическая истина жизни, и ее совсем не нужно связывать с тем или иным пониманием отношения между свободой и благодатью. Это – вопрос совсем другого порядка.

Пусть благодать привела меня к вере, но благодать эта пережита мной, как свобода. Те, которые через свободу пришли к христианству, несут с собой в христианство особый дух свободы. Их христианство не есть уже бытовое, наследственно-родовое христианство, их христианство неизбежно более духовное христианство, в духе рожденное, а не в плоти и крови. Опыт свободы духа неизгладим, хотя своеволие может и должно быть преодолено. Люди авторитарного, наследственного типа религиозности всегда будут плохо понимать людей, пришедших к религии через свободу, через имманентное изживание трагического опыта жизни.

Николай Бердяев «Философия свободного духа»

Мне шел 24-й год, но уже почти десять лет в душе моей подорвана была вера, и, после бурных кризисов и сомнений, в ней воцарилась религиозная пустота. Душа стала забывать религиозную тревогу, погасла самая возможность сомнений, и от светлого детства оставались лишь поэтические грезы, нежная дымка воспоминаний, всегда готовая растаять. О, как страшен этот сон души, ведь от него можно не пробудиться за целую жизнь! Одновременно с умственным ростом и научным развитием душа неудержимо и незаметно погружалась в липкую тину самодовольства, самоуважения, пошлости. В ней воцарялись какие-то серые сумерки, по мере того как все более потухал свет детства. И тогда неожиданно пришло то... Зазвучали в душе таинственные зовы, и ринулась она к ним навстречу...

Вечерело. Ехали южною степью, овеянные благоуханием медовых трав и сена, озолоченные багрянцем благостного заката. Вдали синели уже ближние кавказские горы. Впервые видел я их. И вперяя жадные взоры в открывавшиеся горы, впивая в себя свет и воздух, внимал я откровению природы. Душа давно привыкла с тупою, молчаливою болью в природе видеть лишь мертвую пустыню под покрывалом красоты, как под обманчивой маской; помимо собственного созна­ния, она не мирилась с природой без Бога. И вдруг в тот час заволновалась, зарадовалась, задрожала душа: а если есть... если не пустыня, не ложь, не маска, не смерть, но Он, благой и любящий Отец, Его риза, Его любовь... Сердце колотилось под звуки стучавшего поезда, и мы неслись к этому догоравшему золоту и к этим сизым горам. И я снова старался поймать мелькнувшую мысль, задержать сверкнувшую радость... А если... если мои детские, святые чувства, когда я жил с Ним, ходил пред лицом Его, любил и трепетал от своего бессилия к Нему приблизиться, если мои отроческие горения и слезы, сладость молитвы, чистота моя детская, мною осмеянная, оплеванная, загаженная, если все это правда, а то, мертвящее и пустое, слепота и ложь?

Но разве это возможно? Разве не знаю я еще с семинарии, что Бога нет, разве вообще об этом может быть разговор? Могу ли я в этих мыслях признаться даже себе самому, не стыдясь своего малодушия, не испытывая панического страха пред "научностью" и ее синедрионом? О, я был, как в тисках, в плену у "научности", этого вороньего пугала, поставленного для интеллигентской черни, полуобразованной толпы, для дураков! Как ненавижу я тебя, исчадие полуобразования, духовная чума наших дней, заражающая юношей и детей! И сам я был тогда зараженный, и вокруг себя распространял ту же заразу... Закат догорел. Стемнело. И то погасло в душе моей вместе с последним его лучом, так и не родившись, – от мертвости, от лени, от запуганности. Бог тихо постучал в мое сердце, и оно расслышало этот стук, дрогнуло, но не раскрылось... И Бог отошел. Я скоро забыл о прихотливом настроении степного вечера. И после этого стал опять мелок, гадок и пошл, как редко бывал в жизни.

С.Н. Булгаков «Свет невечерний», М. 1994

Один человек пришёл в парикмахерскую, чтобы его, как обычно, подстригли и побрили. Он разговорился с парикмахером, который его обслуживал. Говорили о разном, и вдруг разговор зашёл о Боге.

Парикмахер сказал:

— Что бы вы мне ни говорили, а я не верю, что Бог есть.

— Почему? — спросил клиент.

— Ну, ведь это ж и так ясно. Достаточно выйти на улицу, чтобы убедиться, что Бога нет. Вот скажите, если Бог существует, откуда столько больных людей? Откуда беспризорные дети? Если бы он действительно существовал, не было бы ни страданий, ни боли. Трудно представить себе любящего Бога, который допускает всё это.

Клиент на мгновение задумался, но решил промолчать, чтобы не вступать в спор. Когда парикмахер закончил свою работу, клиент ушёл. Выйдя из парикмахерской, он увидел на улице заросшего и небритого человека (казалось, что тот не стригся целую вечность, настолько неряшливо он выглядел). Тогда клиент вернулся в парикмахерскую и сказал парикмахеру:

— Знаете, что я вам скажу? Парикмахеров не существует.

— Как это так? – удивился парикмахер. – А я разве не в счёт? Я же парикмахер.

— Нет! – воскликнул клиент. – Их не существует, иначе не было бы заросших и небритых людей, как вон тот человек, который идёт по улице.

— Ну, мил человек, дело ж не в парикмахерах. Просто люди сами ко мне не приходят.

— В том то и дело! – подтвердил клиент. – И я о том же: Бог есть. Просто люди не ищут Его и не приходят к Нему. Вот почему в мире так много боли и страданий.

Притча неизвестного автора

* * *

Я – Свет, а Вы не видите Меня.
Я – Путь, а Вы не следуете за Мной.
Я – Истина, а Вы не верите Мне.
Я – Жизнь, а Вы не ищите Меня.
Я – Учитель, а Вы не слушаете Меня.
Я – Господь, а Вы не повинуетесь Мне.
Я – ваш Бог, а Вы не молитесь Мне.
Я – ваш лучший Друг, а Вы не любите Меня.
Если Вы несчастны, то не вините Меня…

_________________
馬鹿も一芸


Не в сети
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
 Заголовок сообщения: Re: Встреча с Богом. Поиск Истины. Смысл Жизни
СообщениеДобавлено: 03 июн 2009, 23:54 
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 май 2009, 23:21
Сообщений: 327
Откуда: РФ
Vladislaff писал(а):
Свобода привела меня ко Христу, и я не знаю других путей ко Христу, кроме свободы. Я не один в этом опыте. Те, которые ушли от христианского авторитета, могут вернуться лишь к христианству свободы. Это есть опытная, динамическая истина жизни, и ее совсем не нужно связывать с тем или иным пониманием отношения между свободой и благодатью. Это – вопрос совсем другого порядка.

Пусть благодать привела меня к вере, но благодать эта пережита мной, как свобода. Те, которые через свободу пришли к христианству, несут с собой в христианство особый дух свободы. Их христианство не есть уже бытовое, наследственно-родовое христианство, их христианство неизбежно более духовное христианство, в духе рожденное, а не в плоти и крови. Опыт свободы духа неизгладим, хотя своеволие может и должно быть преодолено. Люди авторитарного, наследственного типа религиозности всегда будут плохо понимать людей, пришедших к религии через свободу, через имманентное изживание трагического опыта жизни.

Николай Бердяев «Философия свободного духа»


Тебе Влад, необходимо отдать должное - ты умеешь грамотно подбирать цитаты. Эта цитата, мне особенно понравилась. Прочитал, задумался и понял, что философия свободного духа, мне очень близка.

_________________
Уж лучше быть белой вороной и свободно летать по степи,
чем быть овцой в большом стаде и за пастухом послушно брести.
Михаил Моргот.


Не в сети
 Профиль Отправить личное сообщение  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]



 Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти:  
 
cron